Обзор сектора микрофинансовых организаций

0
128
Фото: ranking.kz

Ссудный портфель микрофинансовых организаций (МФО) РК по итогам третьего квартала 2023 года составил 1,2 трлн тг — на 7% больше, чем кварталом ранее. Этот финансовый сектор принято считать быстрорастущим, хотя во многом это скорее обусловлено неверным пониманием статистики. К примеру, регулирование со стороны АРРФР части МФО, работающих онлайн, началось лишь в 2020 году, что изменило логику и выборку статистических данных. С этого периода цифры, естественно, поползли вверх (очевидно на графике).

В целом сектор МФО ещё серьёзнее дифференцирован, чем банковский сектор. Для понимания: из 1,2 трлн тг займов на первую тройку МФО приходится 46,4%, на ведущую пятёрку — уже 58,2%, а на топ-10 — почти три четверти. Если же взять тридцать крупнейших МФО из 237 организаций, по которым собирает данные Нацбанк РК, на них придётся уже более 90% всего ссудного портфеля по сектору.

То есть МФО — очень разные. Достаточно грубо и условно их можно поделить на три основные категории:
• крупные «традиционные» МФО;
• МФО, специализирующиеся на автокредитовании;
• онлайн-МФО для «коротких» небольших беззалоговых микрокредитов.

Конечно, деление условное, ведь онлайн-заём можно получить и в «традиционной» МФО (и в банке, если уж на то пошло). Речь скорее идёт о масштабах и принципе работы.

Возьмём топовую пятёрку МФО, которая, напомним, консолидирует более 58% ссудного портфеля сектора. Две организации здесь — крупные финансовые институты с широким спектром работы: KMF и Solva («ОнлайнКазФинанс»). Ещё три — компании автокредитования: MyCar Finance, «Тойота Файнаншл Сервисез Казахстан» и «Шинхан Финанс», у них в принципе своя целевая аудитория и свой сегмент работы.

Для понимания масштаба: KMF и Solva работают как с физлицами, так и с бизнесом, обе листингуются на KASE. KMF участвует во множестве госпрограмм РК (например, совместно с фондом «Даму») и международных программ развития (скажем, с ЕБРР), рейтингуется в Fitch наряду с БВУ РК. У Solva есть своя платёжная карта, аналогичная банковским — Visa.

Понятно, что сравнивать работу таких фининститутов с небольшими онлайн-«займерами» бессмысленно. Эти МФО играют серьёзную роль в кредитовании населения и бизнеса, влияют на экономику страны (причём влияют позитивно), и в целом по своей природе ближе к БВУ. Даже при том, что тоже выдают «быстрые», но более крупные и «длинные» онлайн-займы (впрочем, банки тоже их выдают).

В последнее время в сторону МФО участились претензии и обвинения в закредитованности населения. Примечательно, что, хотя основные претензии со стороны мало разбирающихся в вопросе казахстанцев, а порой и властей, высказываются в сторону онлайн-МФО, цифры по объёмам займов обычно приводятся в целом по сектору МФО, а это в корне неверно.

Уточним: по данным Первого кредитного бюро, в общем кредитном объёме БВУ занимают 89,2%, «традиционные» МФО и МФО, занятые в автокредитовании — 5,7%, а онлайн-МФО — всего 0,6%, что определённо не может серьёзным образом влиять на закредитованность населения.

Онлайн-МФО, в отличие от крупных «традиционных» МФО-гигантов сектора или МФО-автокредиторов, не выдают большие суммы в принципе. По оценке профильной Казахстанской ассоциации «ФинТех» (KazFinTech), если средняя сумма займа в «классических» МФО составляет 5–10 млн тг (залоговые) или 0,5–1 млн тг (беззалоговые), а в МФО-автокредиторах — 5–7 млн тг, то для онлайн-МФО показатель достигает лишь 60–70 тыс. тг.

Ещё один частый повод негативных высказываний в сторону онлайн-МФО, или, как их ещё называют в мире, PDL МФО (от Pay Day Loans, то есть буквально краткосрочные займы до зарплаты, «до дня выплаты жалованья»), это якобы «космические» проценты. И если в случае со статистикой роста портфеля срабатывает непонимание принципов сбора статистических данных, то в этом случае недовольных подводит банальная арифметика.

Пример из жизни: в понедельник человек занял у родственника 10 тыс. тг. В среду вернул и в благодарность добавил шоколадку. Стандартная цена такой шоколадки — примерно 500 тг. То есть за три дня переплата составила 5%. Вот только если мы пересчитаем ставку на ГЭСВ, окажется, что человек взял кредит у родственника под 608% годовых. Разумеется, эта самая ГЭСВ здесь просто неприменима, потому что человек мог вернуть деньги родственнику не через три дня, а через две недели, или и вовсе через год, и отдать в благодарность ту же самую шоколадку, а не вагон шоколада, как кажется при пересчёте на годовые проценты.

Примерно так же происходит расчёт процентов для МФО. Какой бы большой ни была ГЭСВ, по факту никакой критической переплаты по микрокредиту не будет — это просто невозможно по закону.

Сегодня законодательство строго ограничивает и жёстко регламентирует абсолютно все шаги в микрокредитовании. И когда человек, скажем, берёт микрокредит в размере 60 тыс. тг, то, если он вернёт его в срок (скажем, через 3 недели), то переплатит 12 тыс. тг и не более. А если просрочит возврат, то самый верхний предел переплаты, который ему грозит — через год, два или десять лет, не важно — это 30 тыс. тг. Никаких «космических» процентов не будет: максимальная переплата со всеми пенями и начислениями не может превышать 50% от суммы займа — никогда.

Более подробные данные и расчёты приведены в инфографике ниже. Напомним: это пределы, строго регламентированные и прописанные в законах РК.

Что касается просрочки в секторе, то в целом для МФО по итогам третьего квартала 2023 года ситуация такова: займы с просрочкой платежей от 31 до 60 дней составили 36,1 млрд тг (3% от портфеля), с просрочкой от 61 до 90 дней — 25 млрд тг (2,1% от портфеля), с просрочкой более 90 дней — 74,3 млрд тг (6,2% от портфеля).

Общий уровень «долгой» просрочки в секторе сопоставим с «наиболее розничными» БВУ, что и ожидаемо. В то же время надо понимать, что разлёт показателей внутри сектора будет огромным. Так, скажем, если у крупнейшей МФО РК — KMF — уровень просрочки более 90 дней составляет лишь 4,5%, а у автокредиторов MyCar Finance и «Тойота Файнаншл Сервисез Казахстан» и вовсе лишь 1,3% и 1,7% соответственно, то у уже упомянутой Solva показатель достигает 12,4%, у «ФРИДОМ ФИНАНС Кредит» — 19,3%, и это всё ещё «классические» МФО с большой продуктовой линейкой, а не онлайн-«займеры» до зарплаты.

Среди самих PDL МФО показатели тоже заметно разнятся. Например, у МФО Akshabar («Честное слово») показатель «долгой» просрочки составляет 7,2%, у Quick Money — 11,1%, у «СиСиЛоун.кз» — 10,2%.

В целом с просрочками и проблемами возвратов займов бороться, конечно, необходимо. Эта работа со стороны профильной ассоциации KazFinTech ведётся. Так, например, у ассоциации есть омбудсмен и служба защиты прав потребителей, которая рассмотрела более 7 тыс. обращений за три года и помогла клиентам урегулировать спорные ситуации. В 2022 году была проведена масштабная реструктуризация просроченных займов на 2,5 млрд тг, количество заёмщиков с просрочкой сократилось с полумиллиона до 140 тыс.

Разумеется, отрасль остаётся крайне социально чувствительной, и именно потому, что кредит — это привилегия, доступная не всем. Серьёзно повысить закредитованность населения могут только фининституты, выдающие большие займы, и такие большие займы доступны далеко не всем физлицам и точно не рядовым гражданам. Однако именно такие большие займы в итоге «разгоняют» статистику закредитованности — об этом мы уже писали.

Попытка «скинуть» проблему закредитованности, которая сама по себе крайне спорная (и мы уже объясняли, почему), на МФО в целом или PDL МФО — тупиковая идея. Хотя бы потому, что МФО — любые — работают в правовом поле, контролируются АРРФР и отчитываются регулятору. Если же выдавить их с рынка, потребность в кредитах никуда не денется — просто на место контролируемых государством фининститутов вернутся криминальные «кредиторы» из 90-х с действительно «космическими» процентами, «счётчиками» и паяльниками наперевес. И тогда проблема точно обретёт критические масштабы.

Источник: finprom.kz