Кирилл Корнильев занимал позицию генерального директора IBM в России и СНГ с 2002 года. В июле 2015 года оставил свой пост и перешел на должность вице-президента по продажам, руководителя направления индустриальных решений IBM в Центральной и Восточной Европе, где отвечает за продвижение бизнеса IBM в 29 странах региона.

– Как давно компания IBM присутствует на рынке Казахстана? Каковы основные цели и задачи IBM в нашей стране? Какова сегодня расстановка приоритетов у IBM в РК?

– Присутствуем с середины 2000-х годов, тогда мы открыли здесь постоянно действующее представительство, с тех пор бизнес в Казахстане очень сильно развивается. Нет, здесь, конечно, нужно обратить внимание на причинно-следственные связи: бизнес развивается не потому, что мы открыли представительство, а мы открыли представительство, потому что бизнес развивается.

А если говорить серьёзно, то Казахстан является одним из очень важных рынков. Всемирный срез здесь понятен: существует не более двух десятков самых важных рынков в мире, из категории развивающихся. И IBM, определив волну их развития, так называемую волну роста, решил чётко сфокусироваться на инвестициях именно в этих направлениях. Казахстан – одна из стран этой волны, своего рода очень важная компонента на планете Земля, один из самых перспективных и значимых развивающихся рынков.

Если рассматривать региональный, срез, то на территории СНГ есть только три больших и перспективных рынка: это Казахстан, Россия и Украина. То есть Казахстан является важной компонентой и для регионального бизнеса. Поэтому мы уделяем вашей стране особое внимание, и, надо сказать, находим здесь соответствующую поддержку. Руководством IBM совместно с руководством Казахстана проводится большая работа, по реализации крупных и серьёзных проектов, направленных на развитие Казахстана, ну и, конечно, на развитие нашего бизнеса.

– Какие продукты, технологии и услуги IBM наиболее востребованы у казахстанских компаний? А какие вы им рекомендуете?

– Любой развивающийся рынок отличается от развитого тем, что он начинается как продуктовый, т.е. он сфокусирован на поставке инфраструктурных решений. Это связано с тем, что на развивающемся рынке обычные инфраструктуры не достроены. Если мы говорим о коммуникации, то принимаем во внимание отсутствие основных линий связи, их надо прокладывать; если говорим о транспорте, то видим, что не хватает серьёзных транспортных магистралей; если говорим о компьютерных технологиях, то констатируем, что не хватает уровня автоматизации в среднем – в индустрии, в государстве, на предприятии.

Государства вкладывают большие финансы в серьёзные, крупные проекты. Когда идут такие инфраструктурные инвестиции, то возникает сдвиг в сторону именно таких продуктов – аппаратных средств, программного обеспечения. На более развитых предприятиях, имеющих определённый уровень автоматизации, аппаратно обеспеченных, сдвиг спроса идёт уже в сторону сервисных услуг. Когда у меня есть компьютеры, есть мой бизнес, то меня начинает заботить, как более эффективно использовать мои инфраструктурные средства для решения бизнес-задач. В ближайшей перспективе мы ожидаем, что в Казахстане будет расти спрос именно на сервисные услуги, консалтинг и т.д. И будем соответственно реагировать на потребности рынка. Это не хорошо и не плохо, что пока рынок потребляет аппаратные средства меньше сервисных. Это просто говорит о том, что нужно пройти определённые этапы развития, чтобы построить серьёзный фундамент для развития экономики. В среднем рынок информационных технологий занимает в ВВП развивающейся страны около 1 %. У развитых стран – от 4 %. Соотношение уровней производительности труда в развивающихся и в развитых странах равно примерно 1 к 4. Т.е. на 4-х наших работников приходится один работник на развитых рынках. Корреляция, как видите, вполне прямая. Потому что повышение производительности труда возможно только за счёт автоматизации. А автоматизация за счёт чего? – За счёт компьютеризации. Это базовые параметры, поэтому построение инфраструктурных аспектов очень важно. Это – основа валового продукта в стране, основа роста производительности труда, условие движения рынка от развивающейся модели к развитой в какой-то там краткосрочной перспективе. Именно поэтому рынок информационных технологий на развивающихся рынках и растёт опережающими темпами. Особенно в тех странах, которые имеют чёткую стратегию, сфокусированную на развитии национальной экономики и на интеграции её в глобальную экономическую систему.

– Есть ли у вас предложения для малого бизнеса? Могут ли начинающие предприниматели пытаться строить свой бизнес, используя как базовую платформу предлагаемые IBM аппаратные средства, программные бизнес-продукты и технологии и в каких сегментах рынка?

– Это зависит больше от того, что мы понимаем под малым бизнесом, и что нужно малому бизнесу. Ведь есть такие интересные малые бизнесы, которые благодаря современным технологиям имеют глобальный доступ. Приведём пример: во Франции есть небольшой бизнес, который работал с IBM. Они занимаются производством оловянных солдатиков – точных копий воинов времён Бонапарта. Казалось бы, ерунда полная: не бизнес, а семейное предприятие. Но с появлением Интернета стало возможным продавать этих солдатиков по всему миру при помощи использования неких средств интернет-торговли. Такой вот маленький бизнес. Коллекционеры ведь есть во всём мире, так что можно иронизировать сколько угодно, но бизнес-то – глобальный! Маленький, но глобальный. А что помогло ему стать таким? Современные технологии. А чьи? Ну, например, наши. Когда мы говорим о малом бизнесе, нельзя сказать: «А малому бизнесу мы дадим вот это». Малые бизнесы разные! Одному нужно одно, другому – другое. Малые бизнесы также требуют индивидуального подхода и такого же вдумчивого отношения к решению задач.

Для того чтобы быть успешным и продвигать решения, востребованные малым и средним бизнесом, надо развивать сеть локальных бизнес-партнёров IBM. Конечно, со временем такие партнёрские сети у IBM будут. Есть несколько типов партнёров: могут быть просто рисейлеры, которые покупают продукты и перепродают, а могут быть те, кто займётся сис-темной интеграцией или поставкой решений на базе наших технологий для небольших компаний в разных секторах экономики. К малому и среднему бизнесу отношение всё равно будет очень персонализированным. Никогда не будет одного решения для всех. Нам в IBM нужно не напрямую ходить к МСБ, а привлекать к сотрудничеству бизнес-партнёров, которые способны строить взаимовыгодный бизнес.

– Как, по-вашему, ИТ изменят мир в будущем, в ближайшие 50 лет? Что для этого будущего делает IBM?

– У Айзека Азимова об этом уже всё сказано. А если серьёзно, то мы сегодня на конференции говорили о суперкомпьютере «Уотсон» (Watson), стоимость его создания чуть больше $20 млн., над ним два года работали более 20 человек. Когда суперкомпьютер выиграл у Каспарова в шахматы, многие подумали: хороший компьютер, и что? Шахматы – это всего лишь 8х8, вполне предписанные правила игры. А главное в том, что это – нечеловеческое мышление. Когда компьютер выигрывает в «Свою игру» (русская версия американской игры Jeopardy), то уже начинаешь задумываться, над тем, как скоро мы встретимся с вопросом, которым ещё Айзек Азимов задавался в своих произведениях: считать ли робота личностью? Что делает этот компьютер в игре? Ведущий показывает картину, например, Нестерова, на ней изображён монах, а рука у него закрыта чёрным квадратом. Вопрос: что в руке у монаха? Компьютер должен разобрать речь человека, понять вопрос, посмотреть через камеру на картину, «вытащить» изображение к себе, посмотреть по базе данных, выяснить, что это картина Нестерова, определить, что именно с неё убрали, и понять, что за предмет в руке монаха скрыт за чёрным квадратом на картине. Там был букет цветов. Компьютер должен проанализировать изображение букета, понять, что это, синтезировать речь и сказать: «Букет». И всё это сделать быстрее людей в студии. Интересно? Сейчас этот «Уотсон» уже на II курсе медицинского института учится. А вы говорите – 50 лет. Я думаю, что искусственный интеллект будет создан быстрее.

Второе чудо, которое мы показываем как шоу и которое очень сильно действует на VIP-гостей, приходящих в нашу лабораторию, вот в чём: приходит гость, садится в кресло, ему прикрепляют на голову датчики, как будто собираются снимать энцефалограмму, и говорят: «Уважаемый гость, компьютер вам будет показывать цифры, а вы мысленно их проговаривайте». Ноль, один, два, три, четыре – и так десять цифр. «Спасибо. Вы знаете телефон вашей супруги?» – «Знаю». – «Вот и проговорите его мысленно». Он мысленно говорит, а там – громкая связь: раздаётся звонок, и его соединяют. Если бы я не видел, что это работает, я бы тоже сказал, что это сказка. Как это можно использовать на практике? Ну, к примеру, человек с ампутированной конечностью сможет мысленно управлять протезом. Через 20 лет протезы, управляемые мозгом, уже точно будут. А через 50 лет машина действительно будет мыслить. В своё время речь создала человека, потому что дала возможность общаться, передавать информацию посредством модуляции колебаний воздуха (ведь мы именно так передаём друг другу информацию). А можно будет общаться мысленно! Суперкомпьютер, который будет иметь интеллект, превышающий человеческий, – вот это будет интересно! Это будет вызов человеческому обществу. И он его радикально преобразует. Эта почти фантастическая картина вовсе не настолько фантастична: это уже есть, это уже рядом. Интересно увидеть, как это всё будет происходить. И это действительно будет в массовом использовании уже лет через 20. Например, «Уотсон» будет использоваться в телемедицине в качестве этакого супердиагноста, который никогда не ошибается, помнит все мыслимые симптомы всех болезней и на основе совокупности анализов сможет быстро поставить диагноз и не ошибиться. Я думаю, это может стать реальностью и раньше.

– В одном интервью, отвечая на вопрос о том, в чём секрет вашего личного профессионального успеха и как вам удалось сделать такую карьеру в такой знаменитой компании, как IBM, вы сказали, что «Для того, чтобы продвигаться по карьерной лестнице в такой сложной структуре, нужно всё время делать больше, чем от тебя требуется». Это ваш личный «рецепт» успеха или вы считаете его универсальным, подходящим для любого профессионала и бизнесмена?

– По-моему, в этом есть здравый смысл: всегда, если хотите продвигаться дальше, надо делать больше, чем от вас требуют. Если делать меньше, то вас никто не продвинет. Зачем? Это просто попытка сформулировать здравый смысл, я не претендую на авторство.

– Благодарю вас за интересную беседу.

Интервьюер Адель Ануарбекова

‡агрузка...